С. М. Имяреков, С. А. Щанкин. Деловая активность региональных хозяйствующих субъектов в условиях экономического кризиса

С. М. ИМЯРЕКОВ, С. А. ЩАНКИН

ДЕЛОВАЯ АКТИВНОСТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ХОЗЯЙСТВУЮЩИХ СУБЪЕКТОВ В УСЛОВИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО КРИЗИСА

ИМЯРЕКОВ Сергей Михайлович, доцент кафедры экономики кооперации и предпринимательства Саранского кооперативного института, кандидат экономических наук.

ЩАНКИН Сергей Алексеевич, доцент кафедры экономической теории Мордовского государственного университета, кандидат экономических наук.

Ключевые слова: кооперация; интеграция; экономический кризис; хозяйствующие субъекты; модель развития; экстравертные и интравертные регионы; корпоративное управление; конкуренция; предпринимательство; экономическая политика; геоэкономика; геополитика; бюджет; рынок; межрегиональные различия

Key words: cooperation; integration; economic crisis; managing entities; pattern of development; extravert and introvert regions; corporative management; competition; entrepreneurship; economic policy; geoeconomics; geopolitics; budget; market; inter-regional differences

В условиях глобального экономического кризиса для России чрезвычайно актуально выравнивание межрегиональных контрастов. Это возможно только в условиях развития региональной интеграционной активности, устранения территориальных барьеров перемещения производственных и инвестиционных ресурсов, объективно стремящихся к более эффективному использованию. Направленность на сохранение либерального экономического курса при все более широком включении в глобальные процессы и усилении межрегиональной дифференциации объективно необходима. В таких условиях перейти к устойчивому экономическому росту больше шансов имеют открытые (в первую очередь с информационной точки зрения) регионы. К ним относятся экстравертные регионы с открытой экономикой в отличие от интравертных, характеризующихся относительной закрытостью1.

В последние годы наблюдается усиление европоцентрич-ности территориальной организации российской экономики, а предпринимательские риски вызывают смещение инвестиционных и иных интересов экономического развития на север России, что может привести к еще большему разрыву в пропорциональности развития европейских северных и южных регионов. Очевидно, что для формирования сбалансированной территориальной структуры экономики требуется изменение направленности региональных процессов. Растущая поляризация лишь провоцирует центробежные тенденции, понижает связанность пространства и его безопасность. Пока не найден компромисс в вопросе о том, в каком случае направлять денежные ресурсы в регионы с избыточной рабочей силой (главным фактором деловой активности), а когда — в регионы, где они дадут быструю финансовую отдачу. Первый случай связан с бюджетными перераспределениями, второй — с дифференцированной налоговой политикой, особенно важной для регионов с повышенным экономическим риском. Для каждого региона необходимы свои инструменты поддержки и стимулирования деловой активности, позволяющие задействовать максимально целесообразно и оптимально их потенциал в условиях глобализации2.

Региональное и глобальное сотрудничество во многом затрудняется объективными и субъективными факторами региональной деловой активности, определяющей условия и возможности существования и развития расположенных в регионах хозяйствующих субъектов.

К объективным факторам относятся географическое положение, природные условия и ресурсы, население; к субъективным — факторы экономики, политики и т. д.

Сложившаяся территориальная структура хозяйства, когда главные экономические центры размещены в глубине территории страны, а большая часть приграничной зоны освоена слабо, является серьезным барьером развития процессов регионального сотрудничества и глобализации российской экономики. Для повышения эффективности участия страны в мировом хозяйстве и выхода из экономического кризиса необходим переход от внутриматерикового к материково-при-морскому размещению экспортного потенциала хозяйства.

В характеристике деловой активности регионов за критерии нами были взяты «высокий», «умеренный», «удовлетворительный» и «низкий» уровни исходя из десятибалльной шкалы оценки природно-ресурсного потенциала, социаль-но-демографичесих характеристик, уровня использования экономического потенциала, финансового состояния региона, результативности экономических реформ, политической обстановки в регионе.

Анализ показал, что разница между регионом-лидером (г. Москва) и аутсайдером (Республика Тыва) составила 5,9 раз, между федеральными округами — 1,5 раза. Примечательно, что в самих федеральных округах разница между регионами с высоким уровнем деловой активности составила 8,3 %, умеренной — 31,8 %, удовлетворительной — 31,2 %, с низкой деловой активностью — 38,6 %. В этих условиях стимулирование развития деловой активности хозяйствующих субъектов, межрегионального и международного сотрудничества невозможно без территориальной реструктуризации и интеграции структуры экономики на рыночной основе. Значительным препятствием, на наш взгляд, является то, что Россия территориально отделена от мирового хозяйства постсоветскими республиками. Наличие небольшой по протяженности границы, соединяющей Россию со странами ЕС через Финляндию, оказывает заметное территориально-структурное влияние. Интеграция центра и периферии может быть осуществлена только при стимулировании деловой активности последних и масштабных, долговременных инвестициях.

Это предполагает сохранение экспортного потенциала действующей сырьевой базы и экспорт обрабатывающих отраслей. Такое решение обусловливает стремление федеральных властей централизовать государственные финансы. Так, в 1998 г. доля федерального бюджета в консолидированном бюджете России составила 43 %, в 1999 г. — 50 %. В 2000 г. пропорция в пользу центра соответствовала 52 %, в 2001 г. удельный вес государственных финансов был на уровне 56 %, а в 2002 г. достиг 60 %. В этом плане вполне объяснимыми становятся усилия федерального центра по ограничению власти региональных элит и при приведению регионального законодательства в соответствии с федеральным.

Однако пока еще имеющаяся некоторая децентрализация образовала области совместного ведения федерации и ее субъектов, создающие предпосылки адаптации норм федеративного государства к региональным особенностям.

Усиление централизованной власти при условии обеспечения реального равенства субъектов Федерации и четком разграничении их властных полномочий имеет ряд обстоятельств. Во-первых, процесс адаптации региональных и совместных с федеральным центром хозяйственных структур к условиям рыночной экономики в России находится на начальной стадии. Учитывая это обстоятельство, изменение административно-территориального деления в части укрупнения или разукрупнения имеющихся субъектов РФ хотя и реально в перспективе, но на сегодняшний день преждевременно, так как остаются неясными их наиболее оптимальные границы в силу недостаточной развитости их межрегиональных и внешнеэкономических связей3. Во-вторых, страна оказалась неготовой к активному участию в современном мировом экономическом сотрудничестве. Ее продолжительная изоляция привела к неспособности хозяйствующих субъектов быть самостоятельными, защищать себя и экономики своих регионов в условиях глобализации основных товарных рынков. Это еще более актуализирует проблему выравнивания уровня их развития и показателей качества жизни, поэтому многим она кажется невыполнимой на среднесрочную перспективу. В-третьих, ограничение властных полномочий региональных органов государственной власти должно согласовываться с выполняемыми ими обязанностями. Необходимо сохранить баланс между функциями и ресурсами как необходимое условие осуществления возложенных функций, ответственности и власти, при этом обеспечив условия достижения равной предпринимательской конкурентоспособности4.

Есть мнение, что повышение доходности экономики на территориях, имеющих для этого предпосылки, и целенаправленный вывод населения с территорий, в обозримом будущем не имеющих шансов на экономическое возрождение, — две взаимосвязанные цели, которые должны быть поставлены в среднесрочной и долгосрочной политике федерального центра. Другими словами, предлагается модель создания механизмов, регулирующих и согласовывающих пространственную мобильность капиталов и населения. В результате достижения этих целей потребуется региональное деление, устраняющее экономически нежизнеспособные субъекты РФ.

Однако формирование стратегии образования новых хозяйствующих субъектов, связанной с моделью экономического роста, выравнивания уровня жизни, ориентации на внешнеэкономическую активность, в условиях глобализации представляется нам сомнительной. Во-первых, существует объективная дифференциация внутри самого российского рынка. Во-вторых, ряд регионов по природе своего отраслевого хозяйства и его националь ной значимости вполне могут ограничиваться незначительным экспортным потенциалом, а давление на них со стороны глобальных (в том числе массовых) товарных рынков нивелируется или существенно снижается по мере прохождения через соседние экспортно-активные регионы. В-третьих, не существует неэффективных территориальных рынков, а есть проблемы управления территориями и хозяйствами, на них расположенными. Принятие этой модели связано с внутренней миграцией населения, развалом региональных отраслей в угоду моментной конъюнктуры, подрывом сельского хозяйства и дальнейшей сырьевой экспортной ориентацией российской экономики. Кроме того, существуют устоявшиеся потребительские предпочтения населения, когда товары-субституты, даже технологически превосходящие аналоги, оказываются невостребованными. Россия относится именно к тем рынкам, где массовое потребление носит условный характер в силу своей многонациональности и многовековой культуры. Данное утверждение полностью подтверждает неустойчивость проэкспортной модели развития экономики России, которая не всегда реализуется. Вследствие огромного российского пространства по мере проникновения экспортного эффекта вглубь страны он снижается, хотя и улучшает экономику многих депрессивных регионов, повышает безопасность и устойчивость экономики страны.

Часто желание и степень готовности предприятий связаны с их потребностью к участию во внешнеэкономических связях. На наш взгляд, интересна комбинированная модель развития региональных хозяйствующих субъектов, учитывающая их разнообразие и обслуживаемые ими товарные рынки. Развитие импортозамещающих производств есть необходимое условие защиты (безопасности) национальных товарных рынков. Далеко не все импортозамещающие производства должны образовываться с иностранным участием. Существуют предприятия (особенно бывшего оборонного комплекса), которые только по причине невнимания государства и недостатка собственных средств не могут быть самодостаточными, обеспечить не только собственное благополучие, но и определенные позиции страны на соответствующих товарных рынках.

Связи с пограничными с ЕС внешнеэкономическими субъектами стран СНГ есть не что иное, как закрепление и приумножение безопасности России. Однако их позиция во многом часто напоминает политику многоудельных княжеств, к сожалению, уже не единой Руси. Условия сотрудничества России со странами СНГ во многом определяют благополучие пограничных с ними субъектов РФ, и не только во внешнеэкономической деятельности. Отсутствие единого экономического пространства с бывшими союзными республиками является основной причиной неудач производственно-экономического и других видов сотрудничества разноуровневых хозяйствующих субъектов. Результатом этого явилось образование центрально-европейской, турецкой, иранской и китайской зон влияния над территориальными и товарными рынками, что существенно ухудшило положение России и в первую очередь ряда ее регионов. Первичная изоляция государств СНГ, безусловно, этому способствовала.

Со стороны Центральной и Западной Европы Россия испытывает серьезное давление на производственных, информационных, технологических товарных рынках, со стороны Центрально-Азиатских и Восточных государств — на рынках труда. Поэтому Центрально- и Западно-Европейское, Центрально-Азиатское и Восточное направления, для страны одинаково важны. России необходимы азиатские противовесы растущему европейскому притяжению. Неравнозначный экспорт-импорт, особенно на восточном направлении, отражается на качественном развитии не только Сибири, но и Средней Азии. Стремление к равноценному товарообмену, развитие внешнехозяйственных связей на всех уровнях хозяйствующих субъектов при укреплении их внутренней устойчивости и безопасности, расширении национальных кооперационных связей необходимы России для упрочения ее мирохозяйственных позиций и улучшения условий развития российских региональных хозяйствующих субъектов.

К инструментам политики развития приграничных территорий следует отнести совершенство правовой базы участия региональных хозяйственных субъектов совместно с органами местного самоуправления в сотрудничестве с территориальными властями зарубежных стран и напрямую с предприятиями и организациями в части соглашений о приграничном и внутрирегиональном сотрудничестве, кредитно-финансовую поддержку государством экономических и социальных проектов5.

Таким образом, адаптация территориальной структуры экономики к новым геополитическим и геоэкономическим реалиям требует усиления дифференцированного подхода в макроэкономической и внешнеэкономической политике. При этом разнообразию российского пространства должна соответствовать система дифференцированных во времени и пространстве инструментов этой политики.

В этом контексте главной задачей федерального центра, на наш взгляд, является, во-первых, участие в финансировании инфраструктуры в первую очередь в строительстве современных дорог и систем связи. Во-вторых, иностранные кредиты должны направляться на проекты совершенствования структуры региональных экономик и улучшения в них условий развития и реализации собственной деловой активности. В-третьих, должно быть стимулирование деловой активности разноуровневых хозяйствующих субъектов.

В целом недостаточный уровень деловой активности разноуровневых хозяйствующих субъектов, в том числе в части их внешнеэкономической деятельности и межрегиональной кооперации, во многом определяется последствиями закрытой экономики, противоречащей условиям и требованиям глобализации. Экономический спад, неподготовленность хозяйствующих субъектов и их систем управления к работе по реформированию и преодолению кризиса в условиях открытой экономики сделали малоэффективными мероприятия, направленные на преодоление региональных экономических диспропорций. В настоящее время предпосылки для осуществления такой государственной политики более благоприятны, но требуют эффективного распределения власти в системе «центр — регионы». От того, какая модель централизации власти будет реализована, зависит эффективность решения региональных проблем интеграции и кооперирования хозяйствующих субъектов, включения России в глобальную экономику.

ПРИМЕЧАНИЯ

1  См.: Забелин П.В. Основы корпоративного управления концернами. М.: ПРИОР, 1998. 176 с.

2 См.: Конкуренция / пер. с англ. М.Э. Портера; под ред. Я.В. Заболоцкого. М.: Экономика, 2001. 495 с.

3  См.: Корняков В.И. Воспроизводство как поток единой субстанции: зависимости, модель, объемные структуры // Филос.-экон. учен. собр. Центра общественных наук при МГУ им. М.В. Ломоносова. М.: Исток, 2000. 302 с.

4  См.: Ларионов И.К. Опыт становления ФПГ в России // Финансы. 1997. ¹ 1. С. 6—8.

5 См.: Стратегия экономического развития России: материалы общероссийской дискуссии, проведенной Комитетом Госдумы по экономической политике и предпринимательству // Рос. экон. журн. 2000. ¹ 7. С. 3—48.

Поступила 11.02.09.

Лицензия Creative Commons
All the materials of the "REGIONOLOGY" journal are available under Creative Commons «Attribution» 4.0