А. В. Захаров. Система антикризисного управления и обеспечение безопасности региона

А. В. ЗАХАРОВ

СИСТЕМА АНТИКРИЗИСНОГО УПРАВЛЕНИЯ И ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ РЕГИОНА

ЗАХАРОВ Алексей Витальевич, аспирант кафедры методологии науки и прикладной социологии Мордовского государственного университета.

Ключевые слова: регион, кризис, катастрофа, риски, антикризисное управление, безопасность

Key words: region, crisis, catastrophe, risks, anti-crisis management, security

Исследование кризисов, рисков, конфликтов, катастроф становится все более актуальным в современных условиях, причем практически во всех сферах человеческой жизни: от исследований экономических кризисов до изучения природных и антропогенных катастроф. Этот тезис нашел свое подтверждение летом 2010 г. Крайне драматическая ситуация сложилась в ряде регионов России в связи с масштабными лесными пожарами. Как указывает В. Грин-кевич, «по данным МЧС, огнем охвачено 128 тыс. гектаров, 2,21 тыс. человек остались без крова, 34 человека погибло. К борьбе с пожарами подключились сразу два силовых ведомства — Министерство по чрезвычайным ситуация и Минобороны»1.

Конец ХХ в. показал, что главный итог ушедшего столетия — не огромные технические достижения и радикальные геополитические перемены, а возникновение новых рисков и угроз2. В связи с этим изучение вопросов возникновения и развития кризисов, а также борьбы с их последствиями требует не только теоретического рассмотрения, но перевода в практическую плоскость.

По мнению Е. Н. Бикейкина и С. А. Яворской, кризис — переходное состояние в развитии социальных систем, обеспечивающее связь состояний социума и характеризующееся неопределенностью и многообразием путей дальнейшего развития. Следовательно, кризис необходимо рассматривать как момент развития, что принципиально его отличает от катастрофы, т. е. полного прекращения развития, выражающегося в фазах, структуре и других его параметрах. Но в целом кризис как предельное выражение хаоса носит амбивалентный характер: с одной стороны, он оказывает разрушающее действие на систему, с другой — выступает как необходимый момент развития системы, созидающее начало, конструктивный механизм эволюции3. Таким образом, можно признать, что главной целью общественных и государственных институтов и всего социума в целом становится не собственно борьба с кризисами, которые, по-видимому, носят перманентный характер, а как можно более точное определение характера новых угроз и рисков, степени их опасности, вероятных последствий их осуществления, возможности их минимизации и, что особенно важно, определения тех позитивных аспектов, которые они могут повлечь за собой.

Существует множество не противоречащих друг другу определений и толкований понятия «риск», который мы будем рассматривать как угрозу, опасность возникновения ущерба в самом широком смысле слова. В общем виде риск можно определить как систематическое взаимодействие общества с угрозами и опасностями, индуцируемыми и производимыми процессом модернизации. Если в доиндустриальную эпоху можно было подготовиться к «наихудшему мыслимому бедствию», то со второй половины ХХ в. такой возможности нет4. Опираясь на концепцию У. Бека, Э. Гидденс отмечает, что понятие «риск» (как ключевая характеристика социальной жизни) в практическом сознании людей приходит на смену понятию «судьба» и становится центральным в обществе, которое открывается проблематичному будущему. Постоянная, каждодневная угроза вошла и прочно обосновалась в повседневной жизни (угроза как социальной неудачи, так и техногенной или природной катастрофы или террористического акта)5.

Потребность в безопасности и стабильности существования, уверенности в завтрашнем дне занимает вторую ступень в пятиступенчатой классификации потребностей личности А. Г. Маслоу и является потенциально значимой для среднестатистического индивида. Социальную безопасность мы будем понимать, согласно Закону РФ «О безопасности», как «состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз».

Общество риска — это общество катастроф, в котором чрезвычайное положение грозит стать нормой жизни, а опасность становится повседневной. Современные риски и опасности являются продуктом передовых промышленных технологий и с их дальнейшим совершенствованием будут постоянно усиливаться6. Террористические акты совершались и ранее, но сегодня у них глобальные масштабы и совершенно иные социальные и политические последствия. С каждым годом природные катаклизмы становятся все более опасными и непредсказуемыми (хотя роль антропогенного фактора в этом процессе остается неясной, но отрицать ее невозможно). Наконец, в условиях современной России крайняя изношенность элементов техносферы представляет крайнюю опасность.

У. Бек выделяет три измерения угроз, которые несет в себе глобальное общество риска (каждое из них следует собственной логике конфликта): экологические кризисы, глобальные финансовые кризисы, а также, как стало очевидно после 11 сентября 2001 г., террористические угрозы, исходящие от транснациональных террористических сетей7. Таким образом, повседневность глобального общества риска возникает и существует как осознание проблемы глобальных последствий цивилизационных процессов, отнюдь не важно, какую форму глобальности они имеют, будь то финансовые потоки, природные катаклизмы или терроризм.

Необходимо также отметить разноплановость и одновременно взаимосвязанность общесоциальных угроз: целями террористических атак могут быть объекты технологической инфраструктуры. Природная катастрофа вызывает технологическую угрозу, финансовый кризис — снижение качества обслуживания технических объектов и обострение террористических угроз и т. д.

В связи с этим возникает, на наш взгляд, настоятельная потребность в разработке комплексной идеологии противодействия общественным рискам, в том числе и на региональном уровне. Можно попытаться выделить главные принципы построения подобной идеологии, опираясь в основном на теорию и практику антикризисного управления.

Обобщение существующей практики позволяет определить ряд функций, необходимых для успешного проведения антикризисной политики: планирование, организация, координация и регулирование, мотивация и стимулирование, учет и анализ. В связи с этим следует выделить различные типы политики осуществления антикризисного управления: предкризисное управление, управление в условиях кризиса, управление процессами выхода из кризиса, стабилизация неустойчивых ситуаций, минимизация потерь и упущенных возможностей, своевременное принятие решений, подготовка к очередному кризису8.

Планирование как функция управления имеет сложную структуру и реализуется через подфункции: прогнозирование, моделирование и программирование. На наш взгляд, именно прогнозирование — наиболее востребованная применительно к управлению уровнем безопасности региона функция антикризисного управления.

Прогнозирование — предплановая разработка многовариантных моделей развития объекта управления. Прогнозирование наиболее кризисных и опасных направлений развития регионального социума — это научное, основанное на системе причинно-следственных связей и закономерностей выявление состояния и вероятных путей развития региона. Целью антикризисного прогнозирования является получение научно обоснованных вариантов тенденций изменения техногенного, экологического и общественного состояния организации.

Однако полноценное прогнозирование рисков регионального социума невозможно без точного знания состояния дел в данной области, без системы сбора данных и мониторинга состояния окружающей, техногенной и общественной сфер. В том числе и поэтому в настоящее время возникли предпосылки для создания общероссийской системы безопасности и быстрой реакции на возникающие кризисы и угрозы. На наш взгляд, базовыми элементами (а также экспериментальными блоками) такой системы должны стать региональные системы безопасности.

В качестве мер по созданию подобной системы можно предложить следующее:

— создание единого информационного поля. Формирование аппаратуры и программных средств обработки отраслевых баз данных, эффективной системы сбора, учета, хранения эколого-информационных, техногенно-информационных (направленных на анализ изношенности, пожароопасности, уязвимости к террористическим атакам) ресурсов; 

— развитие и ведение единой государственной системы мониторинга природной среды, предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Особую роль при этом играет Единая государственная система экологического мониторинга окружающей среды. Определяющими компонентами, несомненно, должны стать такие виды мониторинга, как мониторинг по предупреждению лесных пожаров, состояния геологической среды, водных объектов, водохозяйственных систем и сооружений и др.;

— либо подсистемой Единой государственной системы мониторинга природной среды, предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, либо отдельной структурой должна стать система мониторинга состояния техногенной среды региона.

На наш взгляд, главными препятствиями по созданию подобной системы региональной безопасности являются, во-первых, нехватка средств на ее развертывание, во-вторых, большое количество ведомств, занимающихся обеспечением безопасности по отдельным направлениям (МЧС, ФСБ, МВД, Ростехнадзор, архитектурно-строительные ведомства и т. д.).

В настоящее время подобием структур общего контроля за уровнем защищенности регионального социума в Республике Мордовия являются, во-первых, Совет безопасности РМ, региональное отделение «Ростехнадзор», МЧС республики и т. д. Однако, на наш взгляд, недостатками их деятельности стали достаточно узкая направленность, обусловленная ведомственной принадлежностью, а также направленность на ликвидацию последствий чрезвычайных происшествий (хотя функции предупреждения и прогнозирования ЧП, безусловно, осуществляются, однако являются, на наш взгляд, все-таки вторичными). Назрела необходимость создания органа, непосредственно занимающегося прогнозированием, предупреждением и выработкой мер противодействия угрозам безопасности регионального социума.

Возвращаясь к примеру российского лета 2010 г., Г. Чуф-рин отмечает, что главной проблемой стало отсутствие серьезной программы профилактики пожаров: «Подобное ведь происходит не в первый раз. Это предполагает и даже обязывает власти иметь программу, подразумевающую, в том числе, и наличие соответствующих материально-технических средств и заблаговременную подготовку к стихийным бедствиям такого рода»9. Оценивая эффективность реакции региональных властей на эту угрозу, он выразил сожаление, что «не везде и не всегда они отреагировали должным образом»10.

Технологические катастрофы, бедствия, крупномасштабные теракты порождают ответные реакции общества, организаций и групп, а также адаптацию к ним личности и населения в целом. Поэтому проблемы катастроф, дезорганизации, деструкции можно рассматривать в контексте проблем выживания, развития общества, поиска социальных сил, способствующих укреплению позитивных процессов. Как замечает И. Шершнев, надежным и действенным способом выстраивания вертикального и горизонтального пространства безопасности россиян может стать общественная система безопасности, понимаемая как система реализации и защиты потребностей, интересов и ценностей общества от опасностей и угроз усилиями общественных, негосударственных организаций и объединений, социально ответственных граждан. Эта система образуется и осуществляется членами общества, их объединениями в различных сферах безопасности, в самых различных масштабах — от страны до отдельной квартиры. Впервые в нормотворческой практике России закон обозначил в качестве субъекта обеспечения безопасности человека общественные объединения, организации и другие негосударственные структуры11.

Итак, в качестве органа, призванного прогнозировать угрозы региональному социуму, анализировать их и разрабатывать меры по поддержанию устойчивого развития Республики Мордовия достаточно адекватно, на наш взгляд, был бы некий Общественный совет (или комиссия Общественной палаты РМ) с участием представителей общественности, соответствующих республиканских ведомств и органов местного самоуправления. Имеет также смысл расширить состав и полномочия Совета безопасности РМ за счет представителей общественности и создания при нем информационно-аналитической службы. Таким образом, выстраивается достаточно четкая и логичная система прогнозирования, анализа и борьбы с кризисами.

Общероссийская система предупреждения и борьбы с кризисами, построенная на принципах антикризисного управления, должна, на наш взгляд, акцентировать свое внимание на прогнозировании и предупреждении кризисов (естественно, не в ущерб разработке детальных программ антикризисных мероприятий). Составными ее элементами будут являться системы региональной безопасности, построенные на базе активного и деятельного сотрудничества государственных органов, научно-исследовательских кругов и общественных движений. Основой успешного функционирования подобных систем, в том числе и в Мордовии, могут стать как можно более продуманная система мониторинга окружающей среды (как природной, так и антропогенной) и активное сотрудничество органов власти, представителей науки и общественных организаций.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Лесные пожары, бушующие в Нижегородской области, поставили под угрозу безопасность одного из самых серьезных стратегических объектов России — федерального ядерного центра в Сарове. URL: http://www.fire. nad.ru (дата обращения: 04.08.2010).

2 См.: Владимиров В.А., Воробьев Ю.Л. Управление риском: риск. Устойчивое развитие. Синергетика. М.: Наука, 2000. С. 54.

3 См.: Бикейкин Е.Н., Яворская С.А. Кризисные состояния в развитии социокультурных систем: философско-методологические аспекты. Саранск: «Тип. „Рузаевский печатник"», 2008. С. 153.

4 См.: Владимиров В.А., Воробьев Ю.Л. Управление риском ... С. 55.

5 См.: Щебланова В.В. Терроризм в условиях глобализации рисков // Современная конфликтология: пути и средства содействия демократии, культуры мира и согласия: тез. докладов и выступлений на II Междунар. конгр. конфликтологов. Т. 1. СПб.: «Наука», 2004. С. 93—95.

6 См.: Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну. М.: Прогресс-Традиция, 2000. С. 24.

7 См.: Его же. Молчание слов и политическая динамика в глобальном обществе риска. URL: http://www.academy-go.ru/Beck5.shtml (дата обращения: 04.08.2010).

8 См.: Аверина О.И. Особенность антикризисного управления и его роль в стабилизации экономики региона // Фундаментальные и прикладные проблемы регионологии. Саранск, 2003. С. 113.

9 Чуфрин Г. Программный дефицит. URL: http://www.fire.nad.ru (дата обращения: 04.08.2010).

10 Там же.

11 См.: Шершнев И. Общественная безопасность: политологический аспект // Безопасность Евразии. 2001. № 1. С. 356.

Поступила 13.08.10.

Лицензия Creative Commons
All the materials of the "REGIONOLOGY" journal are available under Creative Commons «Attribution» 4.0