Г. С. ПОПОВА

АНИМА, ТОТЕМ, ФЕТИШ В КОРНЕВОЙ КУЛЬТУРЕ — ТРИЕДИНСТВО ДУХОВНОЙ СВЯЗИ ПРИРОДЫ И ЧЕЛОВЕКА

ПОПОВА Галина Семеновна, доцент кафедры культурологии Якутского государственного университета.

Ключевые слова: анима; тотем; фетиш; корневая культура; триединство; духовная связь; природа и человек

Key words: anima; totem; fetish; root culture; trinity; moral tie; the nature and the human being

Триединство анима-тотем-фетиш сохранено в культуре саха в своем корневом значении и смысле. Особенно оно актуально в условиях возрождения традиционного и духовного. Триединая категория натурфилософии саха Кут (Ийэ кут, Буор кут, Салгын кут) соответствует понятию психической субстанции аналитической психологии К. Г. Юнга. По поводу предположения анималькулистов следует заметить, что этнографические материалы свидетельствуют о существовании похожего мнения (предзнания) у саха — априорного. Считается, что субстанцию Кут будущего ребенка Творцы-Айыы вдувают в темя его будущего отца. Такие факты из практики первобытного в культуре не следует отбрасывать, а хранить до тех пор, пока в науке не откроется их истинный смысл. Есть уверенность, что первобытное знание есть истинное знание. Тело содержит информацию Буор кут, дух — информацию Ийэ кут, душа — информацию Салгын кут. Верно и обратное: информация, заложенная в теле, называется на языке саха Буор кут, в духе — Ийэ кут, в душе — Салгын кут.

Анима — это Дух (по-якутски Тыын), он приходит к человеку из трансцендентного. Иччи — тоже Дух, но Иччи присутствует в этом мире. Значит, Иччи также относится к аниме, но анима — это и душа. Иччи, следовательно, также относится и к душе. Анима-дух у саха имеет дуальность и бинарную оппозиционность «белое-черное»=юрюнг-хара тыын. Это есть отражение мужского и женского начал в психическом, объяснением чему служат существующие в науке о человеке и духе теории. Анима и анимус — это контрсексуальные составляющие психической субстанции человека. Анима — это женское в мужчине, анимус — это мужское в женщине. Своего рода контрвес, уравновешивание природы. Анима и анимус предшествуют самым интимным тайникам человеческого бытия: «духовному» — в мужчине и «материальному» — в женщине. Это самый глубинный, последний источник психической субстанции мужчины и женщины — тот первичный образ, из которого сформировалась психическая субстанция. Иными словами, на языке и понятии саха — это то, из чего формируется Кут. Когда как анима и анимус — это «образ души» мужчины и женщины, то духовное начало мужчины — это архетип мудрого старца, персонифицирующий духовное начало. У женщин аналогией этому архетипу служит великая мать — Мать-Земля, представляющая холодную, внеличностную правду природы. Есть контрприрода, и есть самый интимный тайник. Это знание присутствует в культуре саха под названием «Ийэ кут» и «Ага кут», а анима и анимус — под названием «Эр киси Иэйэхситэ», «Дьахтар киси Айыысыта».

Исследователи отмечают, что «мудрый старец» и «великая мать» могут принимать бесконечно разнообразные формы. «С их добрыми и злыми, светлыми и темными сторонами мы сталкиваемся в представлениях первобытных народов и во всех без исключения мифологиях. Обе фигуры излучают настолько непреодолимое обаяние, что каждый человек, сталкивающийся с ними лицом к лицу, подвергается соблазну впасть в самовосхваление и манию величия; избежать этого можно только при условии, что этот человек сумел различить и опознать их и, таким образом, избавился от опасности самоотождествления с их обманчивым образом. В качестве примера воздействия этих архетипов приведем Ницше, безоговорочно отождествившего себя с фигурой Заратустры»¹.

По аналогии с этим в мифологии саха можно считать архетипами «Духа» и «Материи» фигуры Сээркээн Сэсэн и Аан Алахчын Хотун в мифологии саха. К. Г. Юнг именует эти архетипические фигуры бессознательного «мана-личностями» (Mana-Personlichkeiten). Мана означает надпри-родную силу. Обладать маной — значит иметь власть над другими, но это обладание чревато опасностью впасть в самонадеянность и тщеславие. Полноценное осознание того содержания, которое составляет архетип мана-личности, означает для мужчины «второе и реальное освобождение от отца, тогда как для женщины — освобождение от матери. После того, как это произошло, к индивиду впервые приходит настоящее, полное ощущение собственной истинной личности»². Поэтому старину совершали ритуалы-инициации посвящения в мужчины. Ритуал посвящения в женщины забыт, но думается, что такой ритуал был. Ибо без подобной инициации невозможно избежать душевного расстройства и перейти в новый для себя статус, дающий возможность стать мужем и женой, отцом и матерью.

Бывает «родовой», «индивидуальный», «половой», «племенной», «территориальный» и другой тотемизм³. Наука выработала три подхода к проблеме происхождения тотема: номиналистический, социологический и психологический. 3. Фрейд различал три тотема: тотем племени, в почитании которого принимает участие племя и который передается по наследству от одного поколения к другому; половой тотем, которому принадлежат все мужчины или все женщины племени, исключая лиц другого пола; индивидуальный тотем, присвоенный отдельному лицу и не переходящий на его потомство⁴.

Первопричиной тотемизма, по мнению Э. Дюркгейма, является признание священного: «Тотемизм — это вера не в каких-то животных, каких-то людей или какие-то изображения, а в некую безымянную и безличную силу, обитающую в каждом из этих существ, не смешиваясь при этом ни с кем из них. Никто не обладает ею целиком, но все имеют к ней отношение. Она настолько независима от отдельных субъектов, в которых воплощается, что и предшествует их появлению, и живет после них. Умирают индивиды: одни поколения сменяются другими. Но эта сила по-прежнему остается современной, живой и неизменной. Она одушевляет сегодняшнее поколение как одушевляла и все предыдущие и как будет одушевлять завтрашние»⁵.

А. А. Радугин отмечает, что можно согласиться с мнением Э. Дюркгейма, что первопричиной тотемизма является признание священной силы, заимствованной у коллектива, силы коллективного начала, превосходящей индивидов. По-нашему мнению, Дюркгейм имел в виду отнюдь не коллективное начало, а «некую безымянную и безличную силу, обитающую в каждом из этих существ, не смешиваясь при этом ни с кем из них». Он указывает на потусторонность тотема, заключающегося в Духе, передаваемого ему Оттуда, от Айыы. Как отмечается в культуре саха, «коллективное бессознательное» закладывается в Кут также Оттуда — человеческая сущность не приходит в этот мир пустотелой.

Каждый якутский род считал своим священным предком и покровителем какое-нибудь животное или птицу, и при строении жилища-балагана и коновязи-сэргэ тотемы использовались строго по их функциональному назначению и смыслу. Так, в строении якутского балагана в передней и задней части расположение изображений шаманских тотемов не меняется (ворон и кукушка). А изображение родовых тотемов меняется в зависимости от рода и служит информационно-коммуникативным элементом культуры. В строении сэргэ (ритуальных столбов) изображение тотемных животных располагается также по канону: передняя коновязь — тотем, назначенный для связи с Верхними божествами-Айыы, средняя — родовой тотем, задняя — шаманский тотем (обязательно кукушка)⁶.

Отмечаемые тройки тотемов свидетельствуют о духовном происхождении тотема. Мы предполагаем, что в тотем вкладывается та же сущность в виде духа, что и в Буор кут человека. Этот дух есть так называемый «хара тыын», исходящий из Нижнего мира. Иными словами, тотем непосредственно связан через «хара тыын» с Буор кут человека.

Фетиш — идол, талисман, амулет, волшебство. Это неодушевленный предмет, который, как представляется верующим, наделен чудодейственной силой и служит объектом религозного поклонения; предмет слепого поклонения. Следовательно, фетишизм — культ неодушевленных предметов (фетишей), наделенных сверхъестественными свойствами. Он характерен для первобытных религий, сохраняется в форме веры в амулеты, обереги, талисманы. Это также слепое поклонение предметам, в том числе половое извращение, при котором объект, вызывающий половое влечение, — неодушевленный предмет (чаще всего детали туалета женщины). Последнее, безусловно, является девиантным поведением, контркультурным явлением.